В России разработали законопроект о противодействии школьной травле

В России разработан законопроект, который впервые предлагает юридическое определение школьного буллинга, стремясь отделить его от обычных конфликтов. Законопроект выделяет ключевые признаки травли: систематичность, преднамеренность и унижающий характер. В случае подтверждения фактов буллинга, агрессор может быть временно изолирован от коллектива. Мнения педагогов и экспертов по поводу этой инициативы разделились.

Согласно сообщениям газеты «Ведомости», новый законопроект о противодействии буллингу предусматривает перевод зачинщиков и организаторов школьной травли в специализированные учебные заведения. Документ четко разграничивает травлю от рядовых конфликтов, определяя ее как систематические, преднамеренные и уничижительные действия. Наиболее строгой мерой для ребенка, регулярно проявляющего насилие по отношению к одноклассникам, будет временное направление в учебно-воспитательные организации. Эту информацию подтвердил изданию источник, знакомый с содержанием документа, а также собеседник в Государственной Думе.

Мнения экспертов:

Инициатива вызвала дискуссии в педагогическом сообществе. Вот что об этом говорят некоторые из них:

Валентина, учитель московской школы:

«Возможно, в каких-то единичных или особых случаях это было бы неплохо. Но, опять же, школы, как и дети, бывают разные. Есть вероятность, что ребенок был в стороне, не участвовал в травле, но и не поддерживал жертву, а его все равно подгребли под одну гребенку и решили отправить в такое учреждение. Наверное, это закон, который еще нужно дорабатывать, чтобы там были четкие формулировки: за что, когда, как, почему. То есть что-то вроде Уголовного кодекса РФ.»

Юлия, учитель старших классов:

«Я абсолютно согласна с такой инициативой. В моей практике есть такие дети. Но проблема в том, что родители должны дать согласие. Родители чаще всего не соглашаются с этим. То есть родители противодействуют, говорят: «Нет, это неправда, этого не может быть», — хотя ребенок ведет себя достаточно неадекватно, ломает носы и прочее. Для них это считается нормой: «Его спровоцировали». Тут палка о двух концах. Допустим, была попытка а-ля буллинга — потом выяснилось, что это была неправда, никто никого не травил, это была выдумка девочки. Здесь нужно думать.»

Григорий Назаров, учитель истории и обществознания гимназии № 9 в Химках:

«Я думаю, что эта мера излишняя. У нас существует ряд законов и указов, которые регулируют вопросы профилактики различных правонарушений. Они регулируют, в том числе, и вопрос травли, и применение тех или иных мер в отношении ребенка и его родителей. Потому что мы прекрасно понимаем, что любое отклонение от социальных норм — это вопрос не только и даже не столько к ребенку, сколько к его семье и тому социальному окружению, в которое, кстати, включается школа. Я убежден, что существуют очень хорошие программы — самая известная из них это программа «500+», которая помогает школам, у которых есть те или иные затруднения, воспитательные затруднения, и их совместно с экспертами, профессионалами решать. Законопредполагаемая норма, которую собираются обсуждать депутаты… Я понимаю, что в ближайшее время очередные выборы, и просто взять, изгнать, поиздеваться над ребенком, вышвырнуть его в учебно-воспитательную колонию — вообще-то, он оттуда вернется — и ой-ой-ой. Кажется, что это слишком серьезная и слишком скорая мера, которая никак не меняет приоритетный подход к решению разных вопросов — административных или уголовных (не дай бог) нарушений со стороны несовершеннолетних. Извините, наказать ребенка, плюнуть ему в душу можно всего лишь один раз — и это не исправишь. Пока я, как представитель профессионального сообщества, не вижу каких-то сильных аргументов для того, чтобы этот законопроект был принят, утвержден и внедрен. Очень много эмоций.»

Светлана Моторина, педагог, автор книги и дзен-канала «Травля — со взрослыми согласовано»:

«Травля — это не какое-то обязательное явление. Именно от взрослых в этом коллективе зависит, остановится ли она моментально или она будет жить. Решается ли она такими карательными мерами? Она решается системой мер. Первое — это профилактика. Второе — если уж все-таки травля завелась, тут же признать, что проблема есть, тут же остановить и продолжать работать с группой. Даже не с агрессором, даже не с жертвой, потому что в травле (исследования об этом четко говорят) главная роль — это роль свидетелей. Если ни один человек не поддержит зачинщика — травли не будет. И обычно мы говорим о том, что с агрессором — ему надо тоже помогать. Дети с адекватной самооценкой, с благополучной семьей не идут никого травить. Эффективна ли изоляция? Не всегда убрать агрессора — это лечит травлю. Если сама группа не вылечена, если с группой не поработали, у группы так и не появился зрелый, мудрый, безопасный взрослый — в любой момент дальше снова может появиться следующий антилидер и следующая жертва. Здесь я очень надеюсь, что наши законодатели изучили такое явление school-to-prison pipeline, дословно — «труба из школы в тюрьму», или по-русски мы это называем «конвейер из школы в тюрьму». Исследования показывают, что это повышает количество затем просто тюремщиков. Велика вероятность, что он, даже когда потом вернется, пополнит ряды преступников. Здесь большой вопрос — а что с ним будет происходить в этом месте временного задержания?»

Законопроект также предусматривает норму, согласно которой школам, где зафиксированы случаи буллинга, будет оказываться помощь региональными центрами психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи. Ожидается, что проект будет межфракционным. «Ведомости» сообщают, что документ может быть вынесен на рассмотрение в Государственной Думе уже на текущей неделе.